- Да я ничего тут не пойму. Она у вас русская? - спросила Фенечка,
принимая в обе руки тяжело переплетенный том. - Какая толстая!
- Русская.
- Все равно я ничего не пойму.
- Да я и не с тем, чтобы вы поняли. Мне хочется посмотреть на вас, как
вы читать будете. У вас, когда вы читаете, кончик носика очень мило
двигается.
Фенечка, которая принялась было разбирать вполголоса попавшуюся ей
статью "о креозоте", засмеялась и бросила книгу... она скользнула со
скамейки на землю.
- Я люблю тоже, когда вы смеетесь, - промолвил Базаров.
- Полноте!
- Я люблю, когда вы говорите. Точно ручеек журчит.
Фенечка отворотила голову.
- Какой вы! - промолвила она, перебирая пальцами по цветам. - И что вам
меня слушать? Вы с такими умными дамами разговор имели.
- Эх, Федосья Николаевна! поверьте мне: все умные дамы на свете не
стоят вашего локотка.
- Ну, вот еще что выдумали! - шепнула Фенечка и поджала руки.
Базаров поднял с земли книгу.
- Это лекарская книга, зачем вы ее бросаете?
- Лекарская? - повторила Фенечка и повернулась к нему. - А знаете что?
Ведь с тех пор, как вы мне те капельки дали, помните? уж как Митя спит
хорошо! Я уж и не придумаю, как мне вас благодарить; такой вы добрый, право.
- А по-настоящему, надо лекарям платить, - заметил с усмешкой Базаров.
- Лекаря, вы сами знаете, люди корыстные.
Фенечка подняла на Базарова свои глаза, казавшиеся еще темнее от
беловатого отблеска, падавшего на верхнюю часть ее лица. Она не знала -
шутит ли он или нет.
- Если вам угодно, мы с удовольствием... Надо будет у Николая Петровича
спросить...
- Да вы думаете, я денег хочу? - перебил ее Базаров. - Нет, мне от вас
не деньги нужны.
- Что же? - проговорила Фенечка.
- Что? - повторил Базаров. - Угадайте.
- Что я за отгадчица!
- Так я вам скажу; мне нужно... одну из этих роз.
Фенечка опять засмеялась и даже руками всплеснула - до того ей
показалось забавным желание Базарова. Она смеялась и в то же время
чувствовала себя польщенною. Базаров пристально смотрел на нее.
- Извольте, извольте, - промолвила она наконец и, нагнувшись к
скамейке, принялась перебирать розы. - Какую вам, красную или белую?
- Красную, и не слишком большую.
Она выпрямилась.
- Вот, возьмите, - сказала она, но тотчас же отдернула протянутую руку
и, закусив губы, глянула на вход беседки, потом приникла ухом.
- Что такое? - спросил Базаров. - Николай Петрович?
- Нет... Они в поле уехали... да я и не боюсь их... а вот Павел
Петрович... Мне показалось...
- Что?
- Мне показалось, что они тут ходят. Нет... никого нет. Возьмите. -
Фенечка отдала Базарову розу.
- С какой стати вы Павла Петровича боитесь?
- Они меня все пугают. Говорить - не говорят, а так смотрят мудрено. Да
ведь и вы его не любите. Помните, прежде вы все с ним спорили. Я и не знаю,
о чем у вас спор идет; и вижу, что вы его и так вертите, и так...