Он поманил к себе Митю, но Митя откинул голову назад и запищал, что
очень смутило Фенечку.
- В другой раз, когда привыкнуть успеет, - снисходительно промолвил
Аркадий, и оба приятеля удалились.
- Как бишь ее зовут? - спросил Базаров.
- Фенечкой... Федосьей, - ответил Аркадий.
- А по батюшке? Это тоже нужно знать.
- Николаевной.
- Bene*. Мне нравится в ней то, что она не слишком конфузится? Иной,
пожалуй, это-то и осудил бы в ней. Что за вздор? чего конфузиться? Она мать
- ну и права.
______________
* Хорошо (лат.).

- Она-то права, - заметил Аркадий, - но вот отец мой...
- И он прав, - перебил Базаров.
- Ну, нет, я не нахожу.
- Видно, лишний наследничек нам не по нутру?
- Как тебе не стыдно предполагать во мне такие мысли! - с жаром
подхватил Аркадий. - Я не с этой точки зрения почитаю отца неправым; я
нахожу, что он должен бы жениться на ней.
- Эге-ге! - спокойно проговорил Базаров. - Вот мы какие великодушные!
Ты придаешь еще значение браку; я этого от тебя не ожидал.
Приятели сделали несколько шагов в молчанье.
- Видел я все заведения твоего отца, - начал опять Базаров. - Скот
плохой, и лошади разбитые. Строения тоже подгуляли, и работники смотрят
отъявленными ленивцами; а управляющий либо дурак, либо плут, я еще не
разобрал хорошенько.
- Строг же ты сегодня, Евгений Васильевич.
- И добрые мужички надуют твоего отца всенепременно. Знаешь поговорку:
"Русский мужик бога слопает".
- Я начинаю соглашаться с дядей, - заметил Аркадий, - ты решительно
дурного мнения о русских.
- Эка важность! Русский человек только тем и хорош, что он сам о себе
прескверного мнения. Важно то, что дважды два четыре, а остальное все
пустяки.
- И природа пустяки? - проговорил Аркадий, задумчиво глядя вдаль на
пестрые поля, красиво и мягко освещенные уже невысоким солнцем.
- И природа пустяки в том значении, в каком ты ее понимаешь. Природа не
храм, а мастерская, и человек в ней работник.
Медлительные звуки виолончели долетели до них из дому в это самое
мгновение. Кто-то играл с чувством, хотя и неопытною рукою "Ожидание"
Шуберта, и медом разливалась по воздуху сладостная мелодия.
- Это что? - произнес с изумлением Базаров.
- Это отец.
- Твой отец играет на виолончели?
- Да.
- Да сколько твоему отцу лет?
- Сорок четыре.
Базаров вдруг расхохотался.
- Чему же ты смеешься?
- Помилуй! в сорок четыре года человек, pater familias*, в ...м уезде -
играет на виолончели!
______________
* отец семейства (лат.).

Базаров продолжал хохотать; но Аркадий, как ни благоговел перед своим
учителем, на этот раз даже не улыбнулся.



X



Прошло около двух недель. Жизнь в Марьине текла своим порядком: Аркадий
сибаритствовал, Базаров работал. Все в доме привыкли к нему, к его небрежным
манерам, к его немногосложным и отрывочным речам.